Показаны сообщения с ярлыком детство. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком детство. Показать все сообщения

суббота, 18 февраля 2012 г.

поэт Галина Дядина

Открыла для себя Галину Дядину - удивительную, замечательную детскую поэтессу из Арзамаса, совсем молоденькую, и какую талантливую...

Вот иду я в шубе,
А под шубой – кофта,
А под кофтой – майка,
А под майкой – сердце.
А у сердца слышно,
Как стучат колеса,
И оно, как поезд
Пассажирский мчится.
И в его вагонах
Нараспашку окна,
Нараспашку двери,
Нараспашку люди.
И у них, конечно,
В чемоданах море,
Корабли и чайки,
Облака и песни.
Потому что в сердце
Им тепло под майкой,
Им тепло под кофтой
Им тепло под шубой.

понедельник, 12 декабря 2011 г.

журнал «Техническая эстетика», обложки номеров 1969-1970гг.

начало истории здесь
В конце 60-х годов отец работал во ВНИИТЭ под началом Ю.Б. Соловьева, и фактически делал весь дизайн журнала «Техническая эстетика», который издавал институт в те годы.
Помню оригиналы этих обложек на отцовском рабочем столе. Папа часто работал дома, особенно вечерами, если была, как это называлось тогда, «халтура» - подработка где-то на стороне по авторскому договору. Естественно, все делалось вручную - карандаш, линейка, тушь, рейсфедер, кисточки, аппликация из цветной бумаги. Особенно меня завораживал процесс выклеивания заголовков. На контрастной фотобумаге печатали шрифтовые наборные кассы, из них вырезали нужные буковки и клеили слова на резиновый клей по едва заметным карандашным направляющим. Потом делали еще одну репродукционную съемку, еще отпечатки, и получали оригинал-макет для тиража.

пятница, 4 февраля 2011 г.

про ВЭДЭЭНХА, ВНИИТЭ, журнал «Техническая эстетика» и Патриарха Советского Дизайна

За свою трудовую жизнь мой отец сменил несколько мест работы. Довольно долго он работал во ВНИИТЭ, куда он попал по распределению сразу после окончания Строгановки в 1965 году, потому что специализация у него была дизайнер интерьеров. Ну тогда-то это, естественно, называлось иначе - в Советском Союзе времен развитого социализма слово дизайнер употреблялось больше в анекдотах.
Человек устраивается на работу, заходит в отдел кадров:
- Зд'гавствуйте, я дизайне'г (изображается картавость).
- (здесь нужно было сделать мрачный голос и лицо кирпичом) Вижу, что не Иванов...
 В общем - как-то так было с нашей профессией...

Во ВНИИТЭ папа проработал лет десять. Я была в восторге от этой его работы, потому что здание института располагается (и сейчас тоже) на территории ВДНХ (Выставка достижений народного хозяйства, сейчас ВВЦ) - а это значит, что если во время каникул меня маленькую было не с кем оставить дома, мы с папой ехали работать, и когда его рабочий день заканчивался, мы шли кататься на аттракционах, а потом - есть в один из дегустационных залов, которые были при павильонах животноводства, рыбоводства, молочной промышленности и т. д., и где очень вкусно готовили. Я там ела даже суп! Потом можно было бесплатно проехаться на низеньком, без стекол и дверей, почти игрушечном,  автопоезде, и если уж совсем везло, дело происходило летом и вольеры не закрылись,  можно было посмотреть всяких породистых рекордсменов, особенно меня каждый раз потрясали свиньи, такие огромные, что просто даже страшные.

В принципе, ВЭДЭЭНХА была полноценным рекламным проектом - она должна была формировать лояльность к бренду, создавать положительный имидж и иллюзию того, чего в реальности не существовало. Ничего этого она не выполняла ни разу, это был просто парк развлечений, сдержанных, конечно, без излишеств, зато сколько было счастья попавшему в этот мир ребенку. Наверное, как поездка в Диснейлэнд для маленьких американцев.

Почти с самого начала ВНИИТЭ издавал свой журнал, он назывался «Техническая эстетика» и был посвящен вопросам развития дизайна (о, извиняюсь, методов художественного конструирования) в нашей стране. Главным редактором был основатель и директор института, Юрий Борисович Соловьев, он и привлек отца к работе над журналом в качестве художественного редактора.

Вот здесь обложки, дизайн которых тогда делал мой папа.

Вот здесь интервью с Ю.Б. Соловьевым, которому в прошлом году исполнилось 90 лет. Очень интересно, думаю, графикам тоже нелишне знать.
Для тех, кто не сможет дочитать интервью до конца (и себе, на всякий случай):

Соловьев Юрий Борисович (12.01.1920).

Создатель и руководитель первого в СССР проектного дизайнерского Архитектурно-Художественого Бюро (АХБ, 1945 - 1962).

Создатель и директор Всесоюзного научно-исследовательского института технической эстетики (ВНИИТЭ, 1962 - 1987); главный редактор бюллетеня (впоследствии журнала) «Техническая эстетика» (1964 - 1988).

Вице-президент (1969 - 1976), впоследствии президент Международного совета обществ промышленного дизайна (ICSID, 1977 - 1980), ведущей международной дизайнерской организации, член Сената ИКСИД (с 1981).

Создатель и Председатель Союза Дизайнеров СССР (1987 - 1990), народный депутат СССР, заместитель Председателя комиссии Верховного Совета СССР по культуре (1989 - 1991).

Основные работы:
«Пассажирский железнодорожный вагон»,
«Городской троллейбус»,
«Атомный ледокол»,
«Атомная подводная лодка»,
пассажирские речные пароходы,
«Официальная морская яхта СССР».
Про награды не копирую, все равно их очень много.

понедельник, 31 января 2011 г.

зеленая луковка как средство от тоски

Подруга комментирует предыдущую запись: «хотелось бы выпрыгнуть в детство. когда зима - это просто все белое кругом от снега...
я замочила семена будущих летних цветов:). Давай уже и ты, хоть луковку прорасти на подоконнике зелененькую» 

Спасибо, это мысль.
Правда, у меня много зеленого всякого по подоконникам. Я люблю суккуленты, и кажется, они мне отвечают взаимностью - мы не ждем друг от друга каких-то чудес, тем радостнее бывает, когда гемантус неожиданным образом вытягивает из луковицы стебель в два моих пальца толщиной и распускает на нем белоснежную лилию, полную по самые края желтыми тычинками. Или орхидея, тихо прожив всю зиму в углу кухонного окна, к середине лета не спеша, аристократично так раскидывает на длинных проволоках ванильные цветы. А еще - забавно бывает - хавортия начинает вылезать из горшка и от тесноты, видимо, впадает в истерику и как давай цвести, смотришь на нее и думаешь, ведь декоративнолистное же, вегетативно размножается  без проблем - чего суетится...

Но лук, луууук... Это правильная история. Любая зима моего детства - это грипп, переходящий в ангину и обратно, если только не случалось перелома чего-нибудь, который волшебным образом, как уплаченный вовремя налог, исключал до следующей осени все остальные болячки. Зимой на кухонном окне всегда стояла пара-тройка баночек из-под майонеза с торчащими из них луковками. Папа на каждую баночку вырезал картонную крышку с дыркой для луковицы, чтобы они не загнивали в воде. Зеленые и бодрые витаминные перья очень мне нравились на вид. Молодой лук вообще оптимистично выглядит. Но есть я его отказывалась наотрез, и мама устраивала драматические кухонные сценки с воздеванием рук и шантажом: это называлось «если ты меня любишь, то...»
Да, обязательно нужно прорастить луковку.

четверг, 13 января 2011 г.

и еще раз про игрушки, тема увекательная


Кстати, интересно сравнить двух Красных Шапочек. Слева - конец 60-х, справа - конец 70-х. Я их так рядом никогда не рассматривала...
Ту Шапку, которая старше, я не любила - она мне казалась старообразной и чересчур правильной, и вообще на одной ноге, но - даже когда появилась другая - только старая шла в игру, может из-за стилистических соответствий, может, из-за металлической кожи и варежек с лаптями у новой игрушки. Сейчас я, наверное, сделала бы ее Терминаторшей...

среда, 12 января 2011 г.

не наигралась, или еще раз про игрушки

Колокольчиков было три, и они были настоящие, с подвешенными язычками, которые тихонько звякали от случайного ветерка. А еще - незамысловатый орнамент, который нарисован по нижнему краю, зеленовато светится в темноте. Третий колокольчик, красный, разбился, те, что остались, давно безголосые, но я почему-то все-равно ими очень дорожу...
В середине - орешек арахиса, я не помню, кто его принес, в конце 70-х в продаже попадались очень странные игрушки, практически неопознаваемые помидоры, какие-то бесформенные жабы, головы Деда Мороза без туловища, видимо, сказывался общий кризис идеологии... Хотя вот этот конкретный орешек, он ничего, забавный, просто я не любила в детстве арахис, его было долго чистить, и игрушка меня тоже соответственно не впечатляла. Ни разу этому бедному орешку не случилось жениться на Красной Шапочке и участвовать в игрушечных пирах.
Справа - волейбольный мяч, насколько помню, это еще конец бодрых 60-х, физкультура и спорт, турпоходы, зима-мороз - а мы на лыжах, ну все такое...


вторник, 11 января 2011 г.

merry christmas, дорогие товарищи

Алладин, Красная Шапочка
(елочные игрушки 60-х годов ХХв.)
Последние годы елку у нас наряжает Младшая Принцесса, так сложилось. В этом году елка получилась минималистическая. Я все к ней присматривалась, и поняла в какой-то момент, что на ней нет ни одной старой игрушки, такой, чтобы с историей. Интересно - почему, что бы это могло значить... Старые игрушки, конечно, смотрятся бледненько рядом с яркими китайскими, но ведь они душевные, и они помнят их, детей, совсем маленькими. Видимо, наш младший ребенок стал совсем взрослым...

В моем советском детстве Новый год начинался чуть ли не в начале ноября предыдущего - к нему тщательно и кропотливо готовились, потому что нужно было «достать» правильные продукты. Шампанское. Баночку красной икры.  Елку. А это за неделю не сделаешь. Но детей суета с едой не касалась...

Детям доставалось самое прекрасное из всего процесса - мы с папой, например, ходили в магазин «Ленинград» на Ленинградском шоссе и покупали там в специальном отделе елочные игрушки. Это была ежегодная традиция, и папа не мог мне отказать. Игрушек дома было много, уже и на елку все не очень влезали, но хотя бы две-три штучки покупались, хоть самые маленькие, хоть самые дешевые, но сколько было радости, чуть ли не до 14 лет.

Потом из антресоли доставали коробку с игрушками, и мы наряжали нашу елку. Наряжал, честно говоря, папа, а я до вечера играла со стеклянными зверюшками, человечками и шариками. Это был особенный день в году - когда можно было играть с такой праздничной хрупкостью, придумывать всякие чудесные истории: Алладин у меня женился на Красной шапочке, Белочка ростом с Алладина нагрызала для молодых кучку неуместно крупных самоцветов, Снегири, Лягушки и Помидоры приходили пировать, а я была Неотразимо Прекрасной, Загадочной и Могущественной Хозяйкой Медной Горы.

игрушки кажутся сверкающими "самоцветами", потому что у них одна сторона прозрачная
(елочные игрушки 70-х годов ХХв.)



пятница, 7 января 2011 г.

ура, есть в жизни хорошие художники!

Иногда в интернете видишь что-нибудь замечательное, так хочется поделиться с кем-нибудь живым и теплым, чтобы у него глаза моргали, ну там, дернуть за рукав, в бок пихнуть пальцем: смотри, ведь здорово, правда? - а не тут-то было - не с кем...
Эта привычка - наверное, из детства, когда отец брал меня с собой на выставки, если дома не с кем было оставить... Преклоняюсь перед его терпением - по опыту знаю, как трудно ходить по музею с мелким ребенком лет четырех-пяти, объяснять, отвечать на вопросы, примеряться к коротеньким шажкам...

Питерский художник Рубен Монахов.
Очень понравились - и живопись, и офорты.
сайт с каталогом работ Рубена Монахова
блог художника в ЖЖ http://rmonakhov.livejournal.com/

Натюрморт с красной бутылкой.
х.м., 70х60 см., 2010 г.
 
(я бы назвала Натюрморт с Красной Бутылкой и Плодом Граната на Белом Столе в Комнате с Синими Обоями, ну да я всегда любила Гиперболизацию)

четверг, 6 января 2011 г.

про выставку елочной игрушки в Коломенском

В Сытном дворе в Коломенском проходит выставка елочных игрушек советского времени (1937-1990гг.) «В блеске елочных огней».
Вот если бы у меня были внуки, обязательно повела бы их посмотреть. Увы. А взрослые дети на мои тонкие намеки отвечают деловым голосом «ну конечно, сходим» и уматывают в галерею Люмьер на фотовыставку с сокурсниками, или с молодым человеком в кафе, или мало ли куда... Оно и понятно - это же не в их детстве бабушка вешала на елку плоских рыбок и слоников из картона, покрашенных серебряной краской. И не под их елкой стоял ватный Дед Мороз в шубе из красной крепированной бумаги. У них были другие игрушки...
Выставка будет работать до 30 января, непременно нужно посмотреть.
Судя по многочисленным фотографиям - очень душевная. Фотографии, например, здесь и в живом журнале.
Особенно меня потрясла вот эта вопиющая жалостность, снятая Сергеем Петровым для Lenta.ru...

понедельник, 3 января 2011 г.

день рождения бабушки

Самое главное страшное зимнее событие моего детства происходило в начале января, сразу после Нового года.

Но сначала, 2-ого января, было второе из самых в году любимых - бабушкин день рождения, когда собирался полный дом гостей, в квартире с утра пахло бабушкиными пирогами, а к вечеру - специальным ароматом зимнего праздника, смесью запахов дефицитного сервелата, свежих огурцов, мандаринов, нарядных ярких женщин, входящих с холода, папиных сигарет и моих любимых шпрот...

Я жила у бабушки с дедом, была из внуков второй по старшинству, мои младшие двоюродные еще не родились и потому я чаще всего оказывалась единственным ребенком за столом - в любовном внимании и семейной тесноте, как в гнезде... Старшая тетя Галя считала, что меня балуют и периодически высказывалась в том духе, что нечего детям делать за общим столом, но за меня сразу же все заступались, и я продолжала потихоньку таскать шпроты в свою тарелку, пока мама не замечала и не отодвигала их подальше. Вторым пунктом у меня шла безумно вкусная морковка, которой бабушка накрывала рыбу под маринадом - ее я могла съесть много, очень много, только без рыбы - ее от меня мама тоже убирала подальше. Но конечно, в общей суете праздника всегда находилась добрая рука дяди-тети-папы-деда, подкладывавшая на мою тарелку пару шпротин или лишнюю ложку заветной морковки.

Кстати - став взрослой, я поняла секрет моей любви к этой моркови - ее нужно тушить в маринаде, добавляя специи: лавровый лист, гвоздику, горошины душистого перца, кусочки корицы. Мама обычно специи не использовала, бабушка тоже - ну разве в супе попадалась лаврушечка - и будничная еда в нашей семье была довольно пресной. Вкусной, сытной, но без креатива. Это я уже потом додумала и поняла, открывая для себя ваниль, корицу, кардамон, бадьян, тмин, карри, базилик, орегано, зиру, хмели-сунели...

четверг, 23 декабря 2010 г.

хай живе!

Ужас близится неотвратимо...
Сделать с этим ничего нельзя, вот сегодня тетя уже подарила мне золотое украшение с изображением ракообразного в круге. Я не ношу золота, и знаки зодиака признаю только в астрономическом ракурсе... Правда, это приходится как-то скрывать, чтобы не выгнали из приличного общества. И ведь только первая ласточка...
Ну и пусть, хай живе...

Когда в Москве проходила летняя олимпиада 1980-ого года, всех детей и подростков в организованном порядке старались удалить из города. Наверное, во избежание. Старшеклассников нашей школы, например, отправили в так называемый летний трудовой лагерь на 40 (сорок!) дней. В совершенно райское место под Херсоном, в совхоз «Городнiй велетень», что значит «огородный великан».

Главным рекламодателем нашей многострадальной родины была компартия, а целевой аудиторией, соответственно, весь народ, при полном отсутствии хоть какого-нибудь сегментирования. А главное - конкуренции. Со всеми вытекающими... Поэтому в селе, которое было главной усадьбой совхоза, нас встретили те же лозунги, что и на московских домах и улицах, только с поправкой на беленькие одноэтажные мазанки, обилие солнца, горячей проселочной пыли и отсутствие обученных художников-оформителей. И на украинский язык.

Ранним утром трясемся, бывало, в кузове грузовика по ухабам и кочкам, пыль клубится из-под колес, по сторонам дороги домики совершенно гоголевского вида утопают в зелени черешен, абрикосов и слив, и еще каких-то вовсе уже неопознаваемых, но явно съедобных, деревьев, а тут - опаньки! -Хай живе дело Ленiна! Я безмерно радовалась этим лозунгам, написанным полуметровыми буквами на засвеченном солнцем розовом кумаче. Они веселили и скрашивали нам тяжесть раннего ввинчивания в очередной рабочий день.

Не знаю, как это звучит для украинского слуха. Может, и нормально. Для меня смысловой оттенок был примерно такой: дело подозрительное и непрочное, и вообще, строго говоря, давно мертвое, ну да уж ладно пока, ХАЙ ЖИВЕ... А то разбираться еще с ним...
Украинский - тоже могуч.

четверг, 18 ноября 2010 г.

бабушка (продолжение)

наша бабушка Мария Григорьевна Чепик
и мы, ее внуки (я - в верхнем правом углу),
фото из семейного архива, 1977г.
Моя бабушка не имела практически никакого образования - что-то вроде нескольких лет церковно-приходской школы. Но говорила она абсолютно правильно, и писала-читала без проблем. Я по-настоящему прочувствовала, что она - деревенская, только когда уже стала взрослой. Сейчас я думаю - вот деда вызвали по работе в Москву, где-то в начале сороковых, дали какое-то жилье в коммуналке - ей, наверное, тяжело было привыкать к огромному шумному городу, где не было ни одного знакомого лица.

Здесь, в Москве, у них с дедом стали появляться дети. Вадим родился в 1932г., когда ей было двадцать три, потом шли: дядя Витя (1934г.), дядя Толя (1937г.),  моя мама Людмила (1939г.), Галя (1945г.) и Володя (1949г.) Первого сына они потеряли - жили в плохих условиях, и он умер, едва начав ходить. Однажды я случайно слышала ее разговор с соседкой, тетей Люсей Голышкиной - очень спокойно, тихим голосом она рассказывала, как хоронили малыша, какой ему сделали гробик, как она накрахмалила ему кружевной чепчик, какую рубашечку надела, какой он красивый лежал в белых кружевах...

Много лет я никого не спрашивала  об этом разговоре, слышанном то ли наяву, то ли в полусне... сколько мне было тогда - три? четыре? Ранние воспоминания похожи на поездку в ночном поезде - стучат колеса, вагон качает, в вагоне и за окном уютная темнота, и только изредка мимо плавно проходит освещенная картинка - высокий деревянный стул, мне дают микстуру, круглый холодильник на кухне, страшный плакат над кроватью, я лезу через перегородку кроватки в постель к спящим родителям, значит, воскресенье, дедушка бреется перед настольным зеркальцем, пиявки в огромной банке на подоконнике, волк за балконным стеклом, сидит, смотрит, бабушка смеется - какой волк, у нас четвертый этаж... Все перетекает и плывет, но картинки под ночными фонарями видны все так же отчетливо и ясно...

вторник, 16 ноября 2010 г.

битва с Альцгеймером, эпизод 2

Мой дедушка на своем рабочем месте, фотография очень приблизительно датируется моими родными 1936-38 гг. Говорят, деда тогда чуть не посадили, бабушка уже и вещи ему с собой собирала, к счастью, обошлось...
Даниил Васильевич Чепик за рабочим столом
(фото из семейного архива, 1936-38гг.)

И - о! - этажерка на заднем плане! Дома, на улице Кравченко, у бабушки и деда стояла похожая, только пониже и обработанная темной морилкой, на ней лежал очень разношерстный и очень странный набор книг, в основном в мягких обложках.
Отчетливо помню одну, очень древнюю на вид, на пожелтевшей газетной бумаге, только с одной картинкой, без обложки, но с остатками титула - про птицу Феникса, восстающую из пепла. Читала ее много раз, содержания не помню - только помню ощущение, что я ООООЧЕНЬ умная. Было мне тогда лет пять.

воскресенье, 14 ноября 2010 г.

битва с Альцгеймером, эпизод 1

Бабушка и дедушка в моем детстве были одни единственные, со стороны мамы. Тогда мне  это казалось нормой, я не представляла - как у человека может быть два живых дедушки, или - совсем невероятно - две бабушки. Жила я с ними почти до самой школы.  Оба были пенсионерами, только дед подрабатывал, помнится, сторожем. Из-за того, что с нами жила Пальма, дедушкина овчарка, мне казалось, что он охраняет что-то тайное и государственно-важное... Хотя на дежурства он ее вроде бы не брал.
Дед просто очень любил всякую живность.

Вместе с Пальмой в доме жили канарейка и кенар, дружная семейная пара  оптимистичного желтого цвета. Их клетка стояла на кухне, но все равно каждый вечер бабушка ее накрывала платком. Иначе - побудка с восходом солнца, и оглушительная радость, безжалостно заливающая просторную квартиру - все, хватит спать, день же наступил, можно завтракать!! Отдельной песней был большой аквариум с рыбками, который стоял в проходной комнате, служившей чем-то вроде гостиной - в ней стоял телевизор на острых наклонных ножках, диван и бабушкина легендарная Хельга - помесь гардероба с витриной. За всеми зверями дед ухаживал только сам, правда, бабушка варила Пальме суп из овсянки на костном бульоне.

И дед, и бабушка родом из Белоруссии, из большого богатого села Урицкое под Гомелем.

Мы ездили туда с бабушкой несколько лет подряд. Это была настоящая радость - «поехать к бабе Химе». Волнующие сборы, дорога на вокзал, поиск своего вагона, долгое усаживание и прощание с мамой, поезд трогается, пахнет специальным железнодорожным запахом, и вся еда в десять раз вкуснее чем дома, и постель жесткая и непривычная, и так все интересно... В Гомеле до сих пор живут наши родственники, связь с ними уже почти потеряна - в силу троюродности, иностранности и так далее - уже и не распутать почти, но если сесть с мамой, а лучше с тетей, и разобраться, то все еще удается связать воспоминания раннего детства с именами и степенями родства...

Временами всплывают совсем уж интересные подробности. Оказывается, мой дед, Даниил Васильевич Чепик, который во время и после войны работал в московской милиции, был награжден Орденом Ленина за участие в операции по ликвидации банды «Черная Кошка», и даже документы сохранились, лежат у тети. «А ты не знала?» - ее удивленный вопрос,  - «ну да, "Место встречи изменить нельзя", это про них...»

воскресенье, 24 октября 2010 г.

День Дождя

В пятницу был дождливый день, а в наших окнах сияла Осенняя Береза.
Дождь я любила с детства. По разным причинам.
Сначала - потому, что не нужно было тащиться на улицу выполнять Режим Дня. «ПО-ЧЕ-МУ опять не ела, ПОЧЕМУ не гуляла?!!» - сейчас-то я хорошо понимаю мамино отчаяние, когда она, придя с работы в шесть вечера, заставала меня в школьной форме - непереодевшуюся, неевшую - в углу дивана с очередной книжкой в руках. А тогда - дождь, какое блаженство, законное право, и весь день до вечера - твой, вечность практически...
Позже я обнаружила, что в солнечные дни у меня частенько болит голова, и никогда - в дождь... Еще позже в один из дождливых дней ранней осени, стоя у окна, я первый раз увидела мою первую любовь... Только я тогда еще не знала, что влюблюсь в этого парня с седьмого этажа из девятиэтажки напротив, и совершенно не испугалась. Кстати, зря.

 День Дождя (три фотографии) 




пятница, 24 сентября 2010 г.

кот Персик

Вообще-то я люблю собак.
У моего деда была овчарка Пальма, я с ней росла, и мне, маленькой, она казалась огромной.
Одна из уцелевших в душе картинок детства: зима, длинная на вырост шуба путается в ногах, мы с дедом гуляем с Пальмой по улице Кравченко, он разрешил мне держать поводок и она идет рядом, теплая серая спина неспешно движется на уровне глаз (мы с ней одного роста), от шагов перекатывается шерсть на лопатках. Я тихо горжусь - я гуляю с нашей собакой.
Поэтому кошки, которые потом жили у нас, были в некотором роде компромиссом. Я просила собаку - мне строгим голосом говорили а кто с ней будет гулять и мы ехали к знакомым за котенком.
Но вот этот, рыжий, образовался вообще без моего желания, ведома и участия.
Жанр "до" и "после", фотографии Саши Малягиной.

пятница, 3 сентября 2010 г.

Куба далеко, Куба рядом...

Наш институт переехал, добираться стало ближе, и это явный плюс.
Спасибо родному Московскому Правительству и лично Метрополитену за новенькую станцию «Марьина роща», построенную рядом с кинотеатром «Гавана».

Кстати, на Ленинском проспекте во времена моего детства был ресторан «Гавана», при нем была кулинария, и в ней мы с бабушкой, а иногда даже с мамой, покупали маленькие заварные пирожные «Орешки». Это было Лакомство, за него я много чего готова была сделать, например, рано лечь спать, или нарисовать портрет какого-нибудь знакомого моих взрослых... Если съесть этих «орешков» штук пять - становилось очень плохо, подташнивало весь оставшийся день и хотелось уже вареной колбасы, а еще лучше дедушкиных соленых грибочков из ведра на балконе... Но такое безконтрольное баловство случалось редко, и до следующего раза все забывалось, и процесс повторялся по-новой...

Вообще, в детстве мои отношения с едой складывались - непросто. Впрочем, как и у многих моих друзей и сверстников.
Как казалось маме, мне нельзя было есть
  1. шпроты
  2. маринованную морковку из рыбы под маринадом (рыбу - можно, морковку - нет)
  3. салат оливье (потому что в нем майонез)
  4. и вообще любую еду, где хотя бы подозревается добавление уксуса, майонеза, масла и прочих ядов
  5. конечно, хрустящий картофель из пакетиков с девочкой (то, что сейчас продают как "Московский картофель")
  6. пирожки из киоска на улице
  7. леденцы
  8. и конечно, мороженное...
Мороженное я знала как теплую жижицу, согретую бабушкой на газовой плите в эмалированной мисочке... Дед, правда, очень любил меня и вел партизанские действия - иногда мы с ним ходили гулять, и если было тепло, он покупал мне эскимо за 11 копеек, в обертке из фольги, с облезающими красными буковками, и разрешал есть прямо на улице, и еще мы пили в гастрономе сок, который продавщица наливала из больших стеклянных конусов в граненые стеклянные стаканы, естественно, совершенно нестерильные...
Такие дни были совершенны.

суббота, 21 августа 2010 г.

кукла Неля, гайморит и Белая Лампа

Однажды случилось мне сильно заболеть, гайморитом. Среди кучи других лечебных манипуляций я использовала Синюю Лампу. Почему-то они были популярны в советское время, собственно это был рефлектор на ручке, в него ввинчивалась обычная лампочка, только сделанная из стекла потрясающего густого синего цвета. Ты втыкал прибор в розетку и сидел грел свой нос, или там горло, или еще что по потребности, под этими практически волшебными Синими Лучами.

Игрушки моих детей тоже болели в ту пору гайморитом. Все.

Их тоже лечили. Так же и тем же.

Но брать Синюю Лампу детям категорически запрещалось, она была не наша, мне ее одолжила подруга. Поэтому малыши использовали обычную пантокрафную лампу на моем рабочем столе. Это было и удобнее - кладешь пациента на стол, фиксируешь - и лечишь, пока не поправится.

Сын держал, дочь проводила процедуры. Ошибка была только в выборе метода лечения - сестренка, которая старше брата на два года, и потому главный специалист, практиковала Длительный Прямой Контакт лампочки с переносицами пациентов...
Сильнее всех пострадала моя любимая единственная Неля - когда я прибежала из кухни на детский крик - от лампочки тянулись нити расплавленной резины, а моя Вечно Молодая  и Прекрасная Принцесса безнадежно и невозвратно превратилась в жалкую калеку. Всего за 5 минут. Как в жизни. Хотя в жизни бывает и быстрее.

суббота, 14 августа 2010 г.

моя первая машина

Однажды знакомые родителей отдали мне машину "Москвич". Она была сильно пользованная, фар у нее не было, кузов поцарапан, и я не любила красный цвет, но она ЕЗДИЛА.
Это было практически счастье.
Москва, ул. Фестивальная, 1969 (70 ?)
фотографии Микоши

Я еще не ходила в школу. Мы только что въехали в пятиэтажку на севере Москвы. Во дворе еще лежал строительный мусор, асфальт недавно положили, и вокруг дома росли яблони и вишни, которые остались от деревни, что была на этом месте. И мы с другими детьми играли и бегали по этому новенькому свеженькому миру, и все только начиналось, и все было таким цветным и ярким...

Это потом эти пятиэтажки назвали "хрущобами", это потом, много позже, стало понятно, что крохотные квартирки не очень-то удобны, а без лифта таскать по лестнице коляску с ребенком очень тяжело, но это потом, это все много позже, потом...

А сначала - был просторный двор, был конец лета, была красная машина, впереди был первый класс, была жизнь...

четверг, 29 июля 2010 г.

кукла

Моя Светлана, Москва, 1968 (или 69) г.
В 70-ых в нерушимом союзе свободных республик с куклами было... вобщем тоже не очень...
Ну то есть они были - но всем было понятно, что они потрясающе уродливы. Если к нашим куклам и можно было испытывать любовь, то уж не иначе как строгую. Без баловства.

Мою самую первую куклу звали Светлана. Она была из пуленепробиваемой жесткой пластмассы бледного цвета, у нее отваливалась верхняя часть черепушки, а вместо волос болтался кусок свалявшейся рыжей мочалки. Наверное, сейчас можно было бы все это дело просто оторвать, считать ее лысым панком, дружить с ней и играть, но тогда я еще ни разу не видела лысых девушек, и хотела длинные косы - себе и ей. НО - у нее были прямые ровные ножки, она была большая, сантиметров 50, и это хоть как-то уравновешивало беду с головой.
Поэтому Светке приходилось по жизни повязывать голову платком, в какой-то момент у нас с ней появилась капроновая косыночка, сплошь ушитая пушистыми бантиками, пракктически апофеоз роскоши, в ней она и ушла от меня к следующей хозяйке...
Потому что появилась Неля. Самая красивая в мире. Самая заграничная. Единственная и любимая, бессменная модель для шитья и вязания. На все оставшееся детство, чуть ли не до 15 лет.

милые старички,
удивительно, что они еще целы...
Кто-то из родных привез из-за границы, или достал "по случаю", импортную куклу - для меня. Тогда почему-то считалось, что все хорошие импортные игрушки - немецкие. Может быть, в сознании наших людей только Германия существовала в реальности. А, ну еще может быть Финляндия, продавался же иногда в магазине сыр "Виола". Все остальные казались чем-то полумифическим, как Луна, как Альфа-Центавра - оворят, что они есть, ну и ладно.

Редкое имя Нелли, наверное, написанное на упаковке, превратилось у меня в Нелю. А кукла не лучшей, вобщем-то, модели, с уродливым личиком, неестественным загаром и почти белыми губами стала Красавицей на все времена, Невестой и Принцессой во всех моих девчачьих играх.

Только два обстоятельства разрушали идиллию:
- у Нели никогда не было жениха.
- её светлые волосы были короткими, по тогдашней кукольной моде у нее была прическа типа  «грива льва».
Даже трудно сказать, что было ужаснее... Жених - ну он мог быть в отъезде, мог быть медведем наконец (и часто и был), но косы, КОСЫ!!! Их приходилось делать из ниток и привязывать разными хитроумными способами. Что, между прочим, стимулировало изобретательность и воображение...
И скромность))